Газета Власть, общество, народ

Газета Домодедово

Дети мигрантов в современной России

дети мигрантовПосле распада СССР руководство РФ на протяжении 20 лет проводило миграционную политику, которую можно охарактеризовать как коррумпированную политику массовой иммиграции из стран СНГ. А сегодня на государственном уровне провозглашается политика иммиграционной открытости.
Такой выбор связан как с ложными концептуальными предпосылками, так и с тем, что сверхкоррумпированный и дисфункциональный государственный аппарат оказался не способен осуществлять реальное регулирование миграционных процессов, и обречен: идти по пути наименьшего сопротивления – иммиграционной открытости.  Результат такой политики налицо: полным ходом по всей России идёт замещение русского населения мигрантами –  в основном выходцами из средней Азии, Кавказа, Китая, Афганистана и др. стран.
Сегодня Москва, Московская область, С. Петербург, большинство крупных городов Центрального региона и Южный регион европейской части нашей страны, оказались перенаселенными. Ведь помимо внутренних мигрантов здесь осело огромное количество мигрантов из Северного Кавказа, Закавказья и азиатских стран СНГ. Из-за избытка населения Москва стала опасным для проживания городом.  Под наплывом мигрантов с каждым годом численность ее населения  возрастает,  а инфраструктура города ограничена. Несложно представить социальные проблемы крупных городов в не столь отдаленной перспективе. Практика уже обозначила некоторые из них –  проблему детских садов, которую государство не в состоянии решить, и не менее сложные проблемы школьного образования и социальной адаптации детей мигрантов.  
В Москве уже есть школы, где число приехавших из других государств учеников составляет до 70%, и  районы, где до 25% населения не говорит по-русски. В Петербурге количество детей мигрантов только за последние 5 лет выросло вдвое. Некоторые из них почти не знают русского языка, а значит, не могут нормально учиться сами и тормозят процесс обучения.
Как показывает исследования, проблемы социальной адаптации не возникают у детей мигрантов из Белоруссии, Украины, Прибалтики, у детей русских соотечественников, возвращающихся в Россию.  Возникают они в основном у детей мигрантов не славянской этнической принадлежности, приехавших из азиатских стран СНГ,  Кавказа, Афганистана. В первую очередь проблемы  возникают у детей, которые приехали тогда, когда им пора идти в классы средней школы. Им сложно учиться. Им трудно изучать школьные предметы, особенно такие, как “русский язык” и “литература”. Школы боятся, что дети не смогут сдать  ЕГЭ. К тому же степень  адаптивности у этих детей к жизни в незнакомой для них русской среде крайне низка. Сформировавшиеся  в родной для них среде поведенческие стереотипы и принципы оценки окружающих, они автоматически переносят на чуждый для них русский мир, что приводит к множеству повседневных конфликтов, потасовках  во дворах и между учениками в школах. И уже слышится в московских дворах: «Эй, рюсский!  Тэперь  это НАШ двор!».
Другая острая проблема заключается в том, что дети мигрантов в младших классах плохо говорят по-русски или не говорят совсем. Жители Москвы стремятся устроить своих детей в те школы, где у них не будет одноклассников из семей мигрантов. Уже дошло до разделения на «белые» и «черные» классы, пишет «Комсомольская правда», ссылаясь на родителей. «У нас в микрорайоне «белые» только классы «А». В них не пробиться!», - рассказали родители. Как выяснило издание, в спальных районах столицы в Чертаново, Южном и Юго-Восточном округах до половины учеников –  дети мигрантов. В младших классах –  еще больше. Родители констатируют, что почти 60% детей в младших классах столицы плохо владеют русским языком или не владеют вовсе. «Чему может научить учитель, если половина учеников по-русски не говорит!»,  – возмущаются они.  Кроме того, дети мигрантов не только плохо понимают учителей, но и своим поведением ставят их в тупик. Кроме языковой проблемы, учителя отмечают и сложности с традиционным отношением  к женщине. Зачастую дети не воспринимают информацию из уст преподавателя-женщины и не выполняют ее задания. Между тем учителей женского пола в школах подавляющее большинство.
В некоторых школах удаётся проводить “скрытую сегрегацию”,  распределяя всех детей с трудностями в русском языке в один из классов потока. Но в некоторых районах таких ребят слишком много, и классы все равно перемешиваются. В результате встает острая проблема формирования классов с учетом кардинально разного уровня подготовки детей. Многие москвичи перед началом учебного года ночами стоят в очереди, жгут костры возле школ, чтобы записать своих детей в первый класс (как правило, класс ”А”), где нет детей мигрантов.
Жители района Чертаново  и южных районов Москвы говорят, что проблема “других” детей в школах для них самая важная.
– Мы занимаемся развитием детей с пеленок: определяем на занятия, где их обучают танцам, музыке, рисованию, арифметике, чтению. Они изучают иностранные языки, мы учим их культуре общения. А многие дети мигрантов выросли в аулах или на рынках и в подвалах домов, куда вселяют дворников. Они не знают русского языка, абсолютно не развиты, совершенно не умеют себя вести: во время уроков: могут устроить драку или собрать вещи и уйти. Для одноклассников и учителей такие дети – большая проблема, – рассказывает жительница Балаклавского проспекта Анна в интервью “Свободной прессе”.
Эксперт Всероссийского фонда образования Олег Сергеев считает, что даже если в классе всего несколько учеников-иностранцев, слабо владеющих русским языком, качество обучения резко снижается. «Особенно негативно это отражается в младших классах, – отметил  в интервью “Свободной прессе” Сергеев. –  Проблема требует немедленного решения. Детей мигрантов много. Если их учить –  произойдёт то, что случилось в Париже и Лондоне».
Родители жалуются, что часто в классах, где много детей мигрантов, учителя вынуждены подстраивать программу обучения под более низкий уровень развития и  усвоения детьми мигрантов  учебного материала. Они не понимают, почему их дети у себя  дома должны подстраиваться под детей мигрантов и не получать полноценного образования? Почему на их налоги должны учить детей мигрантов?
Сегодня дети мигрантов создают подчас неразрешимые проблемы директорам школ и учителям, дополнительную нагрузку и головную боль.
Так как все дети имеют право на среднее образование, в школы принимают ребят, которые не знают русского языка, потому что этот факт не является основанием для отказа или отчисления ребенка из школы. Максимум такого ребенка можно лишь оставить на второй год за неуспеваемость. Однако ввести предварительное тестирование по русскому при поступлении нельзя, так как все собеседования такого рода запрещены.
Еще одной проблемой в работе с детьми мигрантов является тот факт, что приезжие семьи часто меняют место жительства. А в каждой школе на каждого ребенка необходимо вести личное дело. Но если семья мигрантов во время учебного года уезжает в другой район или другой город, то личное дело остается в прежней школе и по факту ребенок числится там. Отчислить такого ученика невозможно, так как школы такого права не имеют.
Ранее в школы и детские сады принимали детей  всех мигрантов. Сегодня ситуация несколько улучшилась: на данный момент устроить ребенка в  детский сад и в школу может только мигрант с временной регистрацией. Чтобы отдать своего ребёнка в сад или школу мигранту достаточно зарегистрироваться  недалеко от сада или школы. Интересно, что многие мигранты ухитряются в течение трёх месяцев определить своего ребёнка в сад, а дети коренных жителей годами не могут попасть в тот же сад из-за большой очереди. Срок временной регистрации ограничивается тремя месяцами. Если регистрация заканчивается, то ее необходимо продлить, однако не все мигранты это делают, а их дети продолжают ходить в сад или  учиться в школе. Учителя помимо процесса обучения обязаны отслеживать сроки регистрации, напоминать об этом родителям, в особо тяжелых случаях обращаться в миграционную службу.
Однако, не смотря на большие сложности адаптации детей мигрантов в  детских садах и школах власти РФ,  Москвы, Петербурга и др. городов России считают, что дети мигрантов должны обучаться совместно с остальными, для лучшей их социализации. Некоторые государственные “деятели” считают, что проблема социальной адаптации детей мигрантов вообще надуманная, и “дети сами без помощи взрослых  всегда смогут договориться”. А заместитель мэра города Москвы Ольга Голодец заявила, что: “Дети мигрантов для Москвы – это не обуза, а благо. Большинство из них трудолюбивы и очень способны, их можно назвать локомотивом столичного  образования”. Интересно, на основании каких данных сделала она такой вывод?
Столичные власти не раз поднимали вопрос о закреплении на законодательном уровне обязательного обучения мигрантов русскому языку при приезде в Москву. В частности, в проекте госпрограммы "Развитие образования города Москвы" на период до 2016 года предусматривается изучение русского языка для мигрантов как иностранного. На базе городского психолого-педагогического университета проводятся занятия с директорами, заместителями директоров и педагогами по тематике работы с мигрантами. Для детей, не говорящих  по-русски, властями Москвы предусмотрена программа обучения русскому языку. Дополнительные языковые курсы  и классы были организованы в  некоторых школах.  Сегодня существует сеть школ русского языка, которые готовят детей мигрантов к учебе. Занятия бесплатные, программа рассчитана на год. И такие школы русского, финансируемые из городского бюджета, – единственный способ адаптации детей мигрантов. Но мало: на всю многомиллионную Москву таких школ только по одной в каждом округе! И две –  сменные (вечерние) для подростков 14-18 лет. Учатся в них всего 417 человек. Поэтому, социальная адаптация детей мигрантов в московских общеобразовательных школах часто происходит скорее стихийно. Да и не стремятся мигранты обучать своих детей русскому языку. Они знают, что их детей примут в школу и без знания русского языка.
В школы русского языка отдают детей те родители, которые связывают свое будущее с Москвой, которые хотят интегрироваться в нашу жизнь. А остальные сдают детей в обычные школы  –  по закону им отказать в приеме не имеют права, даже если ребенок вообще не понимает по-русски.  И из таких классов и школ бегут москвичи.
По мнению зампредседателя Совета по делам национальностей при правительстве Москвы Ахмеда Азимова, выход из этой ситуации есть.  «Надо расширять сеть школ русского языка и при приеме в общеобразовательную школу установить входное тестирование, причем для всех детей, – откуда бы они родом ни были», – заявил Азимов. «У кого небольшие трудности пусть учатся вместе со всеми. Но учителя сразу будут понимать –   таким детям нужно доучиться, и отправят их на факультативы по русскому. А кто совсем плохо говорит, пусть в обязательном порядке идет сначала в школу русского языка», – отметил он.
 Однако и тут проблема –  нет законодательной базы. Уроки в школах должны идти на русском языке, но обязать ребенка-иностранца выучить русский язык никто не вправе.
 Председатель движения «Таджикские трудовые мигранты» Каромат Шарипов выступил против идеи ввести обязательный экзамен по русскому языку для гастарбайтеров, получающих вид на жительство в РФ,  поскольку, по его словам, 90% таджиков, желающих работать в России, откажутся платить за такой экзамен.
Он также отметил, что в деревнях все поколения школьного возраста готовятся выехать на территорию  РФ, при этом русского языка они не знают.  Шарипов считает, что мигранты  и их дети и не обязаны знать русский язык. Не знают русский язык и дети из других азиатских стран СНГ. И в кавказских республиках ситуация с русским языком подобная: дети в селах, аулах вообще не знают русского языка.
Не исключено, что вскоре трудовым мигрантам из-за рубежа запретят привозить в Россию свои семьи. Хочется в это верить. Мнения о том, что законодательные решения на этот счет необходимы, причем, необходимы срочно, придерживается ряд влиятельных членов Совета Федерации РФ. Это стало очевидным во время “круглого стола” в верхней палате российского парламента, на котором обсуждались вопросы, связанные с социализацией детей мигрантов. Участники “круглого стола” отметили, что ситуация с интеграцией детей мигрантов является критической. В столице имеются школы, где число приехавших из других государств составляет до 70 процентов. Между местными учениками и приезжими часто вспыхивают конфликты. Родители возмущаются происходящим и пытаются устроить детей в школы, где меньше чужаков. Трудовые мигранты не хотят жить по законам страны пребывания, не желают адаптироваться к ее культуре, изучать русский язык. Они замкнуты, не стремятся к ассимиляции. С учетом этого обстоятельства заместитель председателя комитета Совета Федерации по делам Федерации и региональной политике Василий Парфенов, представляющий Самарскую область, заявил: “Семья иностранного рабочего  должна оставаться на родине, куда приезжие могут ездить примерно раз в полгода и отсылать туда заработанные деньги”.
К сожалению, сегодня наблюдается ещё одна тревожная тенденция: дети семей мигрантов, которые связывают свое будущее с Россией, часто адаптируются к учебной программе лучше, чем  дети местных жителей из неблагополучных семей.  А ведь неблагополучных семей в России не мало. Руководство России, проявляя заботу о детях мигрантов, абсолютно безразлично к детям своей страны. Сегодня в России, по самым осторожным оценкам, – 4–6 млн. беспризорных и безнадзорных детей. Однако точное число беспризорников до сих пор не подсчитано.  Или не хотят подсчитать? Но, поскольку четкого учета нет, их может быть больше.  Что же случилось? В стране, в которой больше шестидесяти лет нет войны, миллионы беспризорников. И страна не имеет понятия, сколько маленьких граждан прозябает в трущобах, колется и нюхает клей, занимается  грязным сексом, питается из мусорных контейнеров, разводит вшей и лишаи, спит в грязи и считает канализационный люк своим  домом. Самое печальное то, что большинство беспризорников — это сироты при живых родителях. И не только дети из неблагополучных семей. Многие дети убегают жить на улицу  из домов с хорошими условиями для них.  Романтики хотят уличной вседозволенности.
 Почему так происходит? Может потому, что создаются определённые условия и возможность быть ребёнком-бомжом?  Может потому, что государству некогда и незачем лелеять и растить будущее поколение, ввиду того, что как личности  они не нужны, а как обитатели дна - устраивают власть? Им же много не надо, они не пойдут предъявлять претензии политике властьимущих, государство абсолютно ничего им не должно - экономия то какая!  Эти дети не учатся в школе, не проходят медицинские осмотры. Многие из них или не умеют читать или читают по слогам. Почти 60% беспризорников со временем пополняют ряды уголовников. Что мешает государству, наконец, озаботиться судьбой миллионов беспризорников? Создать министерство по делам детей? Тем более что такой опыт у страны есть. После гражданской войны по просторам необъятной России колесили более 7 мн. беспризорников. Но голодная страна нашла способ, как спасти миллионы ничейных детей.
Ещё в мае 2001 года Совет безопасности РФ признал: детская беспризорность и безнадзорность несут угрозу национальной безопасности страны. Но прошло почти 11 лет, а проблема с места не сдвинулась.
Почему у государства есть деньги на адаптацию детей мигрантов, а на беспризорников России нет? Ведь совершенно очевидно, что дети мигрантов должны учиться у себя на родине. Обучение русскому языку и обучение в высших и средних учебных заведениях  в нашей стране для иммигрантов  и их детей должны быть платными, а не осуществляться за счёт граждан России. Зато у государства есть деньги на проведение всевозможных пустопорожних конференций, создание липовых фондов и  не работающих программ по борьбе с беспризорностью. Вроде бы проблема решается (на уровне болтовни), государство озабочено, а денежки, выделяемые на всю эту возню, оседают в карманах чиновников. Дожили! Нашими беспризорными занимаются иностранные волонтёры!
Иван Ефремов, писатель и знаменитый на весь мир ученый-палеонтолог (и бывший беспризорник) написал за свою жизнь несколько замечательных книг – романы «Туманность Андромеды», «Лезвие бритвы», «Час Быка». «Все разрушения империй и государств,  происходят через утерю нравственности», – утверждал писатель в своих произведениях. Сегодня  наша власть безнравственна. Не получится ли так, что и Россия начнет «сыпаться» из-за проблем с беспризорниками, и дети мигрантов заменят со временем  детей России. Да, сегодня чиновники  и руководство страны не хотят, да и не могут решить проблемы демографии, безработицы в деревнях и малых городах, беспризорности детей в собственной стране. Они предпочитают более лёгкий  путь - замену коренных жителей России мигрантами. Будущее  любой страны – это её дети. Сегодня будущее страны только в руках самого общества.  
Наша “элита” превратит страну в колонию, и спокойно будет жить на Мальдивах. Но мы не хотим такого будущего! И мы вправе спросить власть, почему она плодит и поощряет беспризорность в нашей стране? Мы обязаны потребовать от неё реальных действий. В нашей стране не должно быть брошенных детей!  Все дети России должны жить в достойных условиях и получать бесплатное качественное образование. А дети мигрантов должны обучаться у себя на родине. Наше будущее в наших руках. Молчать преступно. И это тот случай, когда с нашего молчаливого согласия роется могила нашему завтрашнему дню.

                                                                                                                  Н.Д. Разумовская
                                           Председатель комитета по национальной и миграционной политике ОСГО

Подписаться

Ваш email:

некорректный адрес!